Сериал «Эпидемия» — это, в первую очередь, как будто зомби-апокалипсис, только без зомби, зато с вирусом, который превращает Москву в просто ад без воздуха, света и логики. Вот, итак, начинается всё с того, что этот самый вирус, словно кровожадный гейгер, взяли и превратили весь город в мертвое царство, где даже деньги потеряли свой смысл, а власть у власти захвачена ни чем и ничем — лишь страхом, отчаянием и брызгами крови. Так вот, все, кто ещё не заразились, живут в постоянной тревоге, хватая с полок последний хлеб и бензин, будто это их последний шанс выжить на планете, где даже электричество — вечная роскошь и фантастика. Ну и, конечно, главный герой Сергей — как будто из другого фильма, он гоняет по московским улицам, надеясь спасти свою семью и, по совместительству, сохранить хоть каплю человеческого достоинства. Его любимая и сын-аутист — это не просто марионетки сценаристов, а живые символы умирающей эпохи, жертвы этого безумия, за которых он борется, как Дон Кихот, только в телефонной сказке о апокалипсисе. Так вот, Сергей, словно гиперболизированный герой фольклорных сказаний, ведет свою войну, рискуя всеми, чтобы вытащить женщин и детей из этого мертвеца — Москву, которая вроде как умерла, но живет в ужасе и боли. В дороге к ним же присоединяются отец героя — старик, который, как и все, хочет остаться в живых хоть до следующего утра, и наглые соседи — характеристика нашего времени, которых в любой апокалипсис реальности тут же превращают в наемных бандитов или успешных мошенников. Люди, которые, казалось бы, никогда б не пересекались, на этом поле битвы вынуждены объединиться, забыв о былых обидах, ведь смерти — не выбрать, кому она придет, и вот, значит, отправляются в опасное путешествие в Карелию, чтобы, наконец, найти пусть и старый, но хоть какой-то остров спокойствия, защищенный льдом и водой. Ну и все это — не просто сериал, а зеркало безумия нашего времени, где всё кажется гиперболой, но при этом — очень жизненной. В общем, «Эпидемия» — это крик души, гипербола и злободневная пародия на всё, что мы называем цивилизацией и порядком, и всё это — как будто бы, чтобы не забывать, что человек — это самое хрупкое и одновременно самое страшное создание.